Отличающиеся стандарты

    Цель разработки российских Правил (стандартов) аудиторской деятельности — подготовка пакета документов, основанного на системе МСА, поэтому стандарты, противоречащие МСА, умышленно никто готовить не планировал. Тем не менее по различным причинам некоторые российские Правила (стандарты), даже совпадающие по названию и содержанию с международными прототипами, существенно от них отличаются. Разумеется, перечень, приведенный в табл. 2, как и многие другие утверждения, сформулированные в данной статье, составлен так, как мы считали правильным, и это мнение субъективно. Прокомментируем существенные различия, о которых мы упомянули (табл. 2).
    Прежде всего укажем МСА, которые были подвергнуты существенной переработке в 1999 г.: МСА 530 (российский аналог — «Аудиторская выборка») и ПМАП 1005 (российский аналог — «Особенности аудита малых экономических субъектов»}. Указанные документы системы МСА стали подробнее, их объем во много раз увеличился, был изменен или уточнен ряд концептуальных положений. Таким образом, одной из причин несоответствия российских и международных стандартов является изменение самих МСА и ПМАП, поэтому целесообразно переработать российские Правила (стандарты) аудиторской деятельности.
    Другой причиной различия российских Правил (стандартов) и МСА являются требования российских нормативных актов более высокого уровня, которым не должны противоречить положения отечественных стандартов.
    Одним из ярких примеров является Правило (стандарт) аудиторской деятельности «Порядок составления аудиторского заключения о бухгалтерской отчетности». Формально оно подготовлено на основе МСА 700. Вместе с тем в ходе разработки отечественного стандарта неизбежно требовалось выполнять Временные правила аудиторской деятельности в Российской Федерации [4, п. 18], где неоправданно подробно описана форма аудиторского заключения. Логика авторов Временных правил понятна: в то время, когда они разрабатывались, не были еще очевидны роль и место стандартов аудита во внутрифирменной системе контроля качества работы аудиторов. Поэтому возникли опасения, что неправильно разрешать аудиторам по результатам проверки подписывать лаконичный документ объемом менее одной страницы. Считалось, что многие аудиторы будут подписывать аудиторские заключения, не проводя серьезных проверок. В качестве возможного выхода предложили готовить в составе аудиторского заключения развернутый перечень отмеченных нарушений, названный аналитической частью. Кое-каких упущений и оговорок, Временных правил (например, там не были предусмотрены условно-положительные аудиторские заключения или было запрещено передавать пользователям аудиторского заключения вводную часть, где содержалась общедоступная информация об аудиторской организации, проводившей проверку) удалось избежать в Правиле (стандарте), но в целом российское аудиторское заключение обрело вид, существенно отличающийся от предписанного МСА. Видимо, данное расхождение сможет быть устранено только после отмены Временных правил и замены их законом об аудите.
    Еще одно положение Временных правил, идущее вразрез с международной практикой аудита,— положение о проведении аудиторскими организациями специальных тематических проверок по заказу государственных органов. Причем такие проверки, являющиеся по терминологии МСА «специальными аудиторскими заданиями», во Временных правилах отнесены к «обязательному аудиту» [4, п. 6, 10], т.е. перепутаны с ежегодными проверками предприятий, отвечающих определенным критериям. Данное недоразумение неизбежно нашло отражение в подготовленном как на основе Временных правил, так и на основе МСА 800 Правиле (стандарте) «Заключение аудиторской организации по специальным аудиторским заданиям». В нем значительное внимание уделяется проверкам, проводимым по заданию государственных органов, хотя и сделана попытка «исправить» Временные правила и квалифицировать такие проверки как специальный, а не как обязательный аудит. Форма отчета приведена в соответствие с требованиями Временных правил (с вводной, аналитической и итоговой частями) и тем самым отличается от описанной в МСА.
    Российское Правило (стандарт) «Характеристика сопутствующих аудиту услуг и требования, предъявляемые к ним» существенно отличается от МСА 920, посвященного выполнению согласованных процедур. Предыстория здесь такова: при подготовке Временных правил были учтены общепризнанные требования о том, что аудиторы в своей деятельности должны избегать конфликта интересов. Например, было бы неправильно, если бы аудиторы, с одной стороны, проверяли работу брокерских контор, располагали бы некоторой конфиденциальной информацией о динамике стоимости акций, а с другой сто-Мроны, использовали полученную информацию, чтобы активно играть на бирже. Точно так же нельзя было допустить, чтобы аудиторы проверяли предприятия некой отрасли и сами активно действовали как предприниматели в той же отрасли. Данное противоречие в разных экономически развитых странах решается по-разному, но в системе МСА эта проблема не затрагивается, она рассматривается в Кодексе этики профессиональных бухгалтеров; тем самым признается, что дать однозначные предписания по урегулированию указанной проблемы затруднительно.
    В период подготовки Временных правил практически не существовало профессиональных аудиторов, не было речи и о каких-либо документах профессиональных объединений аудиторов, содержащих нормы их поведения, поэтому во Временных правилах была ограничена сфера деятельности аудиторов собственно аудитом и оказанием «других услуг по профилю своей деятельности» [4, п. 9]. Получилось, что в МСА 920 описаны лишь требования, предъявляемые к аудиторским услугам, связанным с различными проверками и бухгалтерскими услугами, а в российском Правиле (стандарте) предпринята более-менее успешная попытка определить, какие сопутствующие услуги вправе, а какие не вправе оказывать аудиторские организации, включая издательскую деятельность, проведение семинаров, рекрутинг (услуги по набору персонала). В результате российский документ имеет мало общего с международным аналогом, а главное — так у не оговорены виды деятельности, которые запрещены для аудиторских организаций.
    Правило (стандарт) аудиторской деятельности «Действия аудитора при выявлении искажений бухгалтерской отчетности» формально разработано на базе МСА 240, буквальный перевод названия которого — «Мошенничество и ошибки». Такое существенное различие в названиях не случайно: во время обсуждения проекта данного Правила (стандарта) специалистами рецензент обратил внимание на то, что согласно Уголовному кодексу Российской Федерации мошенничество является одним из видов уголовных преступлений, в связи с чем квалифицировать некоторое деяние как мошенничество может только суд или следствие, но никак не аудитор. После этого речь в отечественном стандарте пошла не о мошенничестве и ошибках, а о преднамеренных и непреднамеренных искажениях отчетности.
    Различие двух документов не ограничивается заголовком. Западные аудиторы обычно работают в государствах, имеющих многолетние традиции правового подхода к решению различных вопросов. Эти аудиторы, как правило, имеют такое же право на профессиональную тайну в отношении своих клиентов, как врачи и юристы, а правоохранительные, налоговые и другие аналогичные органы таких стран уважают право представителей некоторых профессий на свою тайну. Наше правовое государство находится в процессе становления, и до сих пор не прекращаются попытки использовать конфиденциальную информацию аудиторов для получения доказательств вины их клиентов, причем речь зачастую идет не о серьезных случаях, угрожающих безопасности государства, а о фактах мелких налоговых нарушений. Поэтому при подготовке названного Правила (стандарта) разработчики попытались, насколько это было возможно, освободить аудитора как от ответственности за не обнаружение фактов умышленных искажений, так и за недонесение о таких фактах. В результате в российском стандарте (в отличие от МСА) появились пространные высказывания о том, чем отличаются умышленные искажения бухгалтерской отчетности от неумышленных, перечисление внутренних и внешних факторов, способствующих таким искажениям. Вместе с тем четкие формулировки МСА 240 о том, как и в каких случаях следует информировать о фактах мошенничества руководство проверяемой фирмы (п. 19 и 20), в каких случаях и каким образом следует отражать факты мошенничества в аудиторском заключении (п. 21—23), когда возникает возможность информировать о фактах мошенничества правоохранительные органы (п. 24) и пр., в отечественном стандарте вылились в обтекаемые рассуждения о том, что случаи искажений отчетности следует отражать в рабочей документации аудиторской организации и в итоговых документах аудита: заключении и письменной информации руководству экономического субъекта (п. 4.6). Видимо, в ходе дальнейшей нормотворческой работы необходимо будет приблизить российское Правило (стандарт) к МСА, но для этого одновременно потребуется обеспечить законодательные гарантии прав аудиторов на профессиональную тайну.
    Правило (стандарт) аудиторской деятельности «Аудиторские доказательства» подготовлено на основе МСА 500, но между ними есть значительные расхождения. По-видимому, это связано с тем, что разработчики Правила (стандарта) на начальном этапе перехода к стандартизации аудиторской деятельности сочли внедрение МСА 500 достаточно сложным и в ходе адаптации значительно упростили текст, опустив много существенных положений.
    В российском Правиле (стандарте) вообще не рассматриваются утверждения (или предпосылки подготовки) бухгалтерской отчетности (это, по сути, обстоятельства, которые подлежат проверке при поиске аудиторских доказательств). В пункте 13 МСА 500 приведены семь таких утверждений:
    * существование;
    * права и обязательства;
    * возникновение;
    * полнота;
    * стоимостная оценка;
    * измерение;
    * представление и раскрытие.
    Следует отметить, что концепция утверждений (или предпосылок подготовки) бухгалтерской отчетности пронизывает всю систему МСА. В российской практике появление данного понятия было заблокировано на том основании, что, якобы, в российском бухгалтерском учете используются принципы подготовки бухгалтерской отчетности, сформулированные иначе чем в международных стандартах [15, п. 7], По нашему мнению, отсутствие данных терминов в Правилах (стандартах) наносит непоправимый вред российскому аудиту, существенно сдерживает применение в нашей стране МСА и прогрессивных западных методик аудита в полном объеме.
    Анализируя сходство и различие российского Правила (стандарта) и МСА, следует отметить, что девять методов получения аудиторских доказательств, установленных у нас, противопоставлены пяти процедурам, предусмотренным в МСА. Эти расхождения также идут не на пользу российскому аудиту.
    В заключение прокомментируем Перечень терминов и определений, используемых в Правилах (стандартах) аудиторской деятельности, который подготовлен на основе МСА 110 «Глоссарий». По нашему мнению, этот перечень не имеет самостоятельного значения и выполняет вспомогательную функцию. С этой точки зрения различие между российским и международным стандартами не может рассматриваться как недостаток, желательно только, чтобы смысл одних и тех же понятий и в том и в другом документах совпадал. Этого не всегда удавалось добиться по двум причинам.
    Во-первых, российский Перечень определений должен был базироваться на Временных правилах и на российских нормативных актах, регулирующих бухгалтерский учет, поэтому он объективно не может быть тождествен глоссарию из МСА. Можно рассчитывать, что с приближением российских подходов к аудиту к международным, а российских подходов к бухгалтерскому учету — к МСФО дефиниции данных двух перечней будут приближаться друг к друг/.
    Во-вторых, российский Перечень содержит большее количество понятий. Такие понятия, как «честность», «объективность», «профессиональное суждение аудитора», «профессиональное суждение аудитора», «профессиональный субъективизм аудитора» возможно очевидны для западных аудиторов, но отечественным специалистам их необходимо было разъяснить. Некоторые же термины, например «утверждения (предпосылки подготовки) бухгалтерской отчетности», по описанным выше причинам, еще ждут того, чтобы занять положенное место в российском перечне.
    Несовпадающие стандарты
    Существует значительное число российских Правил (стандартов) аудиторской деятельности, которые не имеют прямых аналогов в системе МСА. Прокомментируем причины их появления среди российских регламентирующих документов.
    Обычно национальные аудиторские стандарты экономически развитых стран предусматривают ту или иную форму развернутого отчета аудитора перед руководством (так называемого management letter, письма руководству) содержащего перечень обнаруженных недостатков, рекомендации по их устранению, усовершенствованию системы бухгалтерского учета и внутреннего контроля, а также анализ устранения замечаний по результатам аудита прошлого года и пр.
    Несомненна и необходимость регламентирующего документа, где были бы сформулированы национальные требования к уровню образования аудиторов. В системе МСА такого стандарта нет не потому, что данный вопрос не важен, просто MАС выпускает по этому вопросу отдельную подборку инструктивных и регулирующих материалов. У нас требования к образованию аудиторов сформулированы во Временных правилах, и в Правиле (стандарте) «Образование аудитора», как документе более низкого законодательного уровня, требования Временных правил могли бы лишь конкретизироваться и детализироваться, но содержать какие-либо новации Правило (стандарт) не могло. Многие из этих требований с сегодняшних позиций воспринимаются неоднозначно, например, вероятность того, что аудитором может быть лицо, имеющее юридическое образование, по нашему мнению, использовалось на практике редко — не так уж много профессиональных юристов разбираются в дебете и кредите. В силу ряда причин в бухгалтерский учет и аудит за последнее время пришло много специалистов с техническим образованием, которые вынуждены были для формального соблюдения аттестационных требований получить дополнительное высшее или среднее специальное образование. Вместе с тем давно говорят о необходимости введения требования относительно дополнительной послевузовской подготовки для тех, кто хочет получить аудиторский аттестат. Однако пока такое требование может быть лишь рекомендательным. Таким образом, российский стандарт, посвященный образованию, необходим, но документ этот может стать полноценным только в том случае, когда неоправданно жесткие и конкретные положения Временных правил будут заменены отсылочной нормой закона об аудите, передающей полномочия формулировать соответствующие требования в таком стандарте.
    Что касается Правила (стандарта) «Права и обязанности аудиторских организаций и проверяемых экономических субъектов», то история его появления такова. Несколько лет назад готовились концептуальные документы, определявшие, какие российские Правила (стандарты) следует разрабатывать и в каком порядке. Разработчики решили, что в Правилах (стандартах) несомненно должны быть конкретизированы права и обязанности участников аудита. Имелось в виду, что, например, в соответствии с одним из стандартов аудитор обязан документировать процесс аудита, а в соответствии с другим стандартом руководители экономического субъекта обязаны предоставлять аудитору письменные разъяснения и пр. Стало быть, предполагалось, что реально такие права и обязанности будут «разбросаны» по разным документам. Однако когда верстался список планируемых к подготовке Правил (стандартов), наименование документа о правах и обязанностях было внесено в этот список самостоятельным пунктом. На наш взгляд, необходимость решать названный вопрос в документе уровня стандарта сомнительна: базовые права и обязанности должны были бы быть сформулированы на уровне Временных правил или федерального закона, а в Правилах (стандартах) такие требования должны детализироваться и конкретизироваться.
    Теперь рассмотрим Правило (стандарт) «Требования, предъявляемые к внутренним стандартам аудиторских организаций». В зарубежной практике подготовка внутренних стандартов аудиторских фирм отдана на откуп самим фирмам, зависит от масштаба их деятельности и во многом продиктована содержанием и логикой применяемых в этих странах аудиторских стандартов. Поскольку для подавляющего большинства российских аудиторских организаций требование подготовки внутренних стандартов в новинку, такой документ важен и нужен. Многие положения данного Правила (стандарта) носят методический, рекомендательный характер и должны подсказать аудиторам, как готовить внутренние регламентирующие документы.
    Что касается Правила (стандарта) «Налоговый аудит и другие сопутствующие услуги по налоговым вопросам. Общение с налоговыми органами», то его появление было вызвано тем, что до сих пор в ходе аудита большинство российских аудиторов обращает наибольшее внимание именно на налоговые проблемы. Создание этого стандарта сопровождалось многочисленными дискуссиями. Несколько лет назад, когда подготавливались планы разработки российских стандартов, решили, что именно такой стандарт, не имеющий международных аналогов, российским аудиторам будет полезен. Когда дело дошло до подготовки, необходимость такого стандарта многим уже казалась сомнительной, поскольку на повестку дня была поставлена задача показать российским аудиторам, что аудит как раз не сводится к налоговой проверке. После того, как стандарт все-таки решили готовить, стали обсуждаться две точки зрения. Согласно одной точке зрения в стандарте должны были устанавливаться требования по проверке налоговых вопросов в ходе обязательного ежегодного аудита. В соответствии с другой точкой зрения в стандарте должны были формулироваться требования к налоговому аудиту как к дополнительной аудиторской услуге. Победила вторая точка зрения, поскольку аудитору в ходе проверки достоверности отчетности следует анализировать все счета бухгалтерского учета с позиции их существенности, величины и вероятности появления ошибок и искажений, а балансовому счету 68 «Расчеты по налогам и сборам» нужно уделять столько же внимания, сколько и любому другому счету. Наконец, при подготовке материала к рассмотрению в Комиссии по аудиторской деятельности было решено придать документу статус методики, а не стандарта, подчеркнув тем самым его методический, рекомендательный характер.
    Следовательно, можно обсуждать необходимость существования тех или иных российских Правил (стандартов), не имеющих прямых аналогов в системе МСА, но их появление всегда продиктовано определенной логикой.
    Российские Правила (стандарты) аудиторской деятельности «покрывают» не все МСА издания 1999 г. В таблице 4 приведены наименования документов, которые по состоянию на 1 января 2001 г. еще не использовались при подготовке российских регламентирующих документов.
    Российские Правило (стандарты) разрабатываются небольшими партиями (по 4—5), что связано с организационными проблемами и особенностями финансирования. Те из них, до которых «не дошли руки», видимо, не считались приоритетными. В первую очередь,— это предисловие к Правилам (стандартам) и их концептуальная основа. Отсутствие таких документов связано с тем, что предисловие и введение к любой книге обычно готовят к тому моменту, когда она уже создана. Поскольку комплект российских Правил (стандартов) еще не представляет собой единого целого, было естественно оставить подготовку предисловия на потом.
    Российским законодательством по бухгалтерскому учету предусматривается возможность передачи ведения бухгалтерского учета централизованной бухгалтерии или специализированной организации. Тем не менее наиболее крупные и важные российские экономические субъекты, отвечающие критериям обязательного аудита: акционерные общества, предприятия со значительным объемом выручки и большой стоимостью активов и пр.— обычно все-таки не считают возможным отдавать свой учет на откуп некой сторонней организации, а имеют в штате главного бухгалтера, а то и бухгалтерию. Таким образом, разработка российского документа/ касающегося аудита субъектов, пользующихся услугами специализированных организаций, также не была отнесена к первоочередным задачам.
    Особого комментария заслуживает МСА501, касающийся аудиторского подхода к дополнительному рассмотрению особых статей бухгалтерской отчетности с точки зрения получения соответствующих аудиторских доказательств. Выше мы уже говорили о том, что российское Правило (стандарт) по аудиторским доказательствам (п. 3 табл. 2) является одним из наименее удачных с точки зрения соответствия международному прототипу. Во-первых, в нем полностью отсутствует упоминание так называемых утверждений (или предпосылок подготовки) бухгалтерской отчетности. Во-вторых, в российском Правиле (стандарте) приведен список способов получения аудиторских доказательств, который лишь частично совпадает с приведенным в МСА 500. Поэтому создать отечественный стандарт, в котором более подробно раскрывались бы требования к сбору аудиторских доказательств в приложении к конкретным ситуациям, было затруднительно. Разработчикам пришлось бы выбирать одно из двух зол: либо готовить документ, мало связанный с основным Правилом (стандартом) по аудиторским доказательствам, либо создавать оригинальный документ, заведомо мало связанный с международными стандартами. По нашему мнению, логично приступать к работе над российским аналогом МСА 501 только после кардинальной переделки российского Правила (стандарта), посвященного сбору и использованию в ходе аудита аудиторских доказательств.
    Нет пока российских Правил (стандартов), аналогичных МСА 910 и 930, которые касаются двух видов сопутствующих аудиту услуг, еще не нашедших применения в российской практике,— обзора (геview) и подготовки (compilation) финансовой отчетности. И в том и в другом случае речь идет о проверке аудитором финансовой отчетности на предмет ее достоверности, но в первом случае имеется в виду беглая обзорная проверка, менее глубокая, чем полноценный аудит, а во втором случае — участие аудитора в подготовке такой финансовой отчетности. Письменные отчеты или заключения аудитора по результатам выполнения заданий, связанных с обзором или подготовкой (компиляцией) отчетности клиента, обладают меньшей доказательной силой, чем полноценное аудиторское заключение об отчетности клиента. В первом случае проверка по определению более беглая и обзорная, чем аудит, а во втором случае аудитор не является независимым, поскольку принимает участие в подготовке отчетности. Тем не менее на Западе считается, что участие квалифицированного специалиста-аудитора в подготовке отчетности может добавлять авторитетности такой отчетности по сравнению с той, которую клиент готовил
    бы самостоятельно. В ряде случаев банки или иные кредиторы экономических субъектов не настаивают на проведении полноценного аудита перед выдачей займа и бывают удовлетворены отчетами аудиторов по МСА 910 или МСА 930, что можно получить быстрее и что стоит дешевле аудита.
    По нашему мнению, перечисленные способы «облегченных» аудиторских проверок давно практикуются и в России, хотя не описаны ни в одном регламентирующем документе. Некоторые российские аудиторские организации, занимающиеся налоговым аудитом, но выдающие полноценное аудиторское заключение, на самом деле проводят обзорные проверки отчетности своих клиентов, хотя, возможно, сами не отдают себе в этом отчета. Однако в большинстве случаев осуществления работ по подготовке отчетности российских предприятий в соответствии с международными стандартами финансовой отчетности аудиторы вовлечены в этот процесс таким образом, что можно говорить об оказании услуг по компиляции, а не о независимом аудите отчетности. К сожалению, Временными правилами не предусматривается проведение аудитором проверок, не являющихся аудитом. Экономические субъекты должны либо платить аудиторам за полноценный аудит, когда он, строго говоря, не требуется, либо заказывать аудиторам то, в чем есть потребность, но тогда не будет выполнено требование осуществления ежегодного полноценного аудита. В российской практике часто встречается и третий вариант: и платят скромно, и аудит проводится неполноценный, но из аудиторского заключения этого не видно. Во многих же случаях инициативный аудит в форме обзора или компиляции был бы дешевле и удовлетворял бы требованиям некоторых пользователей бухгалтерской отчетности. Можно сказать, что внедрение подобных альтернативных способов проведения аудиторских проверок требует внесения изменений в действующее законодательство и проведения соответствующей разъяснительной работы среди экономических субъектов и пользователей их отчетности.
    Не имеет российских аналогов и часть документов более низкого уровня чем МСА — это ПМАП. К ним в первую очередь относятся несколько документов, касающихся аудита коммерческих банков (ПМАП 1000, 1004 и 1006).
    В России аудиторскими стандартами по банковскому аудиту занимается Центральный банк Российской Федерации. К сожалению, стандартизация работы аудиторов находится там на начальной стадии и развивается зачастую далеко не в направлении МСА.
    Разработчики российских стандартов отложили «на потом» и ПМАП 1001, 1002 и 1003, касающиеся применения компьютерных информационных систем. Причина понятна:
    множество российских экономических субъектов до настоящего времени ведут бухгалтерский учет вручную, заполняя традиционные журналы-ордеры с помощью портативных калькуляторов. Поэтому такие документы тоже не относятся к первоочередным, а их отсутствие не оказывает существенного влияния на то, работают российские аудиторы в соответствии с национальными Правилами (стандартами) и одновременно в соответствии с МСА.
    Не использован при создании российских регламентирующих документов и ПМАП 1010 по экологическим вопросам, который появился в 1999 г. и, видимо, будет учтен разработчиками Правил (стандартов) позже.
    Наконец, следует подчеркнуть, что, пользуясь МСА, российские аудиторы вынуждены, образно выражаясь, стрелять по движущейся мишени, поскольку сами МСА не являются чем-то неизменным. Издание МСА 1999 г. на русском языке еще редактировалось, когда 1РАС выпустила на английском языке издание 2000 г. В связи с этим российские разработки, основанные на официальном русском переводе 1999 г., конечно не совпадают с последним вариантом МСА.
    Как показано в табл. 5, изменились по крайней мере пять позиций пакета между-
    народных стандартов аудита. Предложено существенно переработать МСА 570, посвященный проверке и использованию в ходе аудита допущения о непрерывности деятельности предприятия. Таким важным вопросам, как получение подтверждающей информации от третьих лиц и аудиторское доказательство, решено посвятить отдельный МСА, присвоив ему номер 505. Соответственно редакционным изменениям подвергнут МСА 501, из которого вычленен соответствующий материал.
    Подготовлен также новый МСА 260, в котором разъясняется, каким образом нужно сообщать о вопросах, связанных с аудитом, руководству проверяемого экономического субъекта. На первый взгляд может показаться, что этот документ представляет собой некий аналог российского Правила (стандарта) о письменной информации аудитора руководству экономического субъекта по результатам аудита. Однако это не совсем так. В МСА 260 достаточно подробно рассматривается вопрос, кого именно аудиторам следует считать лицами, наделенными руководящими полномочиями. В данном МСА говорится также о конфиденциальности информации по результатам аудита, которую аудиторы сообщают руководству клиента. МСА 260 не содержит каких-либо конкретных рекомендаций относительно формата развернутых итоговых документов, составляемых по результатам аудита, перечней таблиц, структур разного рода детализированных отчетов и пр. Вместе с тем в МСА 260 сделаны многочисленные отсылки к национальному законодательству по данным вопросам.
    Наиболее важен в концептуальном отношении МСА 100. В нем вводится понятие «assurance services», которое мы предлагаем переводить как «гарантирующие услуги». Весь спектр услуг, оказываемых профессиональными бухгалтерами, предлагается разделить следующим образом: когда аудиторы что-то подтверждают или гарантируют сторонним лицам (достоверность отчетности клиента, верность оценок и допущений, результаты официальных экспертиз и пр.); когда этого не происходит (бухгалтерские, налоговые и консультационные услуги, не связанные с выдачей официальных заключений и справок). Именно при оказании гарантирующих услуг к аудитору предъявляются повышенные требования; это касается честности, объективности и особенно независимости. С учетом этого нового подхода и новой терминологии в дальнейшем, видимо, будет переработан весь пакет МСА.
    Все изложенное потребовало внесения изменений в глоссарий МСА и нумерацию документов: предложено убрать нумерацию глоссария и предисловия к МСА. Наконец, введение нового термина «гарантирующие услуги» влечет за собой необходимость изменения текста Кодекса этики профессиональных бухгалтеров, поскольку он самым непосредственным образом связан с данной проблематикой.

    05.04.2011
© 2012-2016 Помощь бухгалтеру buhbest.com